Каждому из заявителей — 12 гражданам Узбекистана и гражданину Киргизии — была присуждена компенсация в размере 15 тысяч евро.

18 июня 2005 г. в Иванове были задержаны и доставлены в УБОП областного УВД 14 этнических узбеков — граждане Узбекистана Умарали Алимов, Илхомжон Исмоилов, Кабул Касимхужаев, Оббосхон Махмудов, Абдуррауф Мухамадсобиров, Изатулло Мухаметсобиров, Рустам Наимов, Махмуд Рустамходжаев, Шукрулло Сабиров, Сардорбек Улугходжаев, Искандарбек Усманов, Хуршид Хамзаев, гражданин Киргизии Мамиржон Таштемиров и гражданин России Хатам Хаджиматов.

По версии российской прокуратуры, узбеков задержали 20 июня, якобы после получения запроса из Ташкента. В действительности Хуршида Хамзаева задержали 19 июня, остальных — 18-го. Операция проводилась УБОП УВД Ивановской области при участии сотрудников МВД и СНБ Узбекистана.

В ходе допросов в помещении УБОП сотрудники спецслужб Узбекистана требовали от задержанных подписать документ о добровольном выезде на родину. В случае отказа угрожали, что в Узбекистане их могут лишить свободы на срок до 25 лет или расстрелять. На этом этапе задержанных пытали, о чем имеются их показания.

Вскоре после задержания «ивановских узбеков» их права начали отстаивать «Гражданское содействие» и Правозащитный центр «Мемориал».

По свидетельству Хатама Хаджиматова, ныне проживающего в Норвегии, персональные данные задержанных в его присутствии передавались факсом в Ташкент. Подавляющее большинство постановлений о привлечении их обвиняемыми по уголовному делу, возбужденному в связи с событиями в Андижане 12-13 мая 2005 г., и об объявлении розыска датировано 18-19 июня, что подтверждает версию о составлении документов «задним числом» — уже после фактического задержания «ивановских узбеков» и передачи их данных в Узбекистан.

13 из 14 задержанных не были в Узбекистане во время андижанских событий. Практически все они были в Иванове, Мамиржон Таштемиров — в Турции, в Иваново он прибыл в июне 2005 г. Махмуд Рустамходжаев в мае 2005 г. ненадолго приезжал в Андижан, чтобы обменять паспорт.

Более месяца все 14 задержанных находились под стражей без соответствующих судебных решений. В июле 2005 г. районные суды Иванова по представлениям прокуратуры вынесли решения о заключении под стражу 12 граждан Узбекистана и гражданина Киргизии для обеспечения их выдачи по запросам узбекской стороны. Они были действительны два месяца и ни разу не продлевались, но люди оставались в тюрьме. Прокуратура и суд под разными предлогами отклоняли жалобы и заявления адвоката Ирины Соколовой на незаконное содержание ее подзащитных под стражей.

13 «ивановских узбеков» (кроме гражданина РФ Хаджиматова) неоднократно обращались в миграциионную службу с ходатайствами о предоставлении им статуса беженцев на территории России, но получали отказы, подтвержденные судом. Временного убежища, предоставление которого означает право легального проживания в России и не накладывает на нее практически никаких обязательств, им также не дали.

15 сентября 2005 г. суд постановил заключить Хаджиматова под стражу для обеспечения его выдачи в Узбекистан, хотя закон запрещает выдачу граждан РФ иностранным государствам. 11 октября Ивановский облсуд отменил это решение. Постановление судьи об освобождении Хаджиматова в зале заседания исполнено не было — его под конвоем доставили в СИЗО под предлогом «необходимости собрать личные вещи» и освободили только после вмешательства Уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина.

Тогда же против Хаджиматова сфабриковали обвинение в незаконном принятии гражданства России. Он бежал на Украину, обратился там в УВКБ ООН и в мае 2006 г. был переселен в Норвегию, предоставившую ему убежище. Впоследствии российское гражданство Хаджиматова признали предоставленным незаконно.

В июне 2006 г. УВКБ ООН признало 12 граждан Узбекистана «мандатными беженцами».

В конце июля — начале августа 2006 г. Генеральная прокуратура РФ постановила выдать 13 «ивановских узбеков» в Узбекистан.

7 августа 2006 г. адвокат Соколова попросила Европейский суд по правам человека применить Правило 39 его Регламента для приостановки экстрадиции ее подзащитных в Узбекистан. В тот же день ЕСПЧ предписал российской стороне воздержаться от экстрадиции до окончания рассмотрения Судом жалоб заявителей.

Постановления Генпрокуратуры об экстрадиции были обжалованы в судах. 28 ноября 2006 г. Верховный суд РФ подтвердил позицию Генпрокуратуры.

12 декабря Европейский суд коммуницировал жалобу «ивановских узбеков», остававшихся под стражей. 20 декабря адвокат Соколова подала начальнику СИЗО-1 Иванова заявление с требованием освободить их в связи с истечением предельного срока содержания под стражей, установленного законодательством РФ, однако получила отказ.

2 и 5 марта 2007 г. суд постановил освободить узников. Освобождение производилось 5-6 марта под конвоем ОМОНа. Сотрудники Комитета «Гражданское содействие» полагают, что «ивановских узбеков» собирались вывезти куда-то, однако похищение удалось предотвратить благодаря вмешательству правозащитных организаций, которые подключили к решению вопроса аппарат Уполномоченного по правам человека в России и директора ФМС России Константина Ромодановского.

28 июня 2007 г. адвокат Соколова направила правительству России предложения о дружественном урегулировании. Одним из условий заявителей была выдача им разрешения покинуть страну. Россия отказалась от этого предложения.

Чем вызвано такое упорство российской стороны в этом деле? Сотрудники Комитета «Гражданское содействие» указывают, что в делах об экстрадиции воплощаются в жизнь договоренности, подписанные Казахстаном, Китаем, Киргизией, Россией, Таджикистаном, Узбекистаном в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС):
— «Государства-члены ШОС будут... не предоставлять убежища лицам, обвиняемым или подозреваемым в совершении террористической, сепаратистской и экстремистской деятельности, и выдавать таких лиц при наличии соответствующих обращений со стороны другого государства ШОС»;

— «... государства — члены ШОС руководствуются следующими принципами:.. обоюдное признание деяния терроризма, сепаратизма и экстремизма независимо от того, включает ли законодательство государств — членов ШОС соответствующее деяние в ту же категорию преступлений или описывает ли оно его с помощью таких же терминов»;

— «Центральные компетентные органы Сторон в соответствии с настоящей Конвенцией осуществляют сотрудничество и оказывают друг другу содействие путем:.. выполнения запросов о проведении оперативно-розыскных мероприятий...
При исполнении запроса применяется законодательство запрашиваемой Стороны. По просьбе запрашивающего центрального компетентного органа может быть применено законодательство запрашивающей Стороны, если это не противоречит основным принципам законодательства или международным обязательствам запрашиваемой Стороны»;

— «Основными задачами и функциями РАТС [региональной антитеррористической структуры] являются:..
содействие в осуществлении международного розыска лиц, которые предположительно совершили деяния, указанные в пункте 1 статьи 1 Конвенции, с целью их привлечения к уголовной ответственности».

Права беженцев нарушает не только Россия, но и другие участники ШОС. 30 апреля президент Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» Надежда Атаева выступила с открытым письмом, касающимся судьбы узбекского беженца Рафика Рахмонова, которому грозит экстрадиция из Казахстана в Узбекистан. Атаева напоминает, что в декабре 2007 г. в Казахстане был похищен узбекский беженец Хуршид Шамсуддинов. До сих пор судьба его неизвестна.

Сотрудники Комитета «Гражданское содействие» указывают: «Формирование "Единого розыскного реестра органов безопасности и специальных служб государств-членов ШОС" привело к тому, что на территории любого из входящих в ШОС государств для лиц, которых власти страны исхода преследуют по политически мотивированным обвинениям, существует серьезный риск быть задержанными для последующей экстрадиции на родину. Их принудительно возвращают в страны происхождения, где им угрожают пытки и приговоры к лишению свободы, вынесенные с грубыми нарушениями международных правовых норм.

В первую очередь, это касается беженцев из Узбекистана и Китая...

Фактические экстрадиции проводятся всеми доступными способами, зачастую без должного или даже вообще какого-либо юридического оформления, предписанного действующим законодательством. В этих целях широко применяются административное выдворение и депортация, а также похищение и незаконный принудительный вывоз с территории России граждан, разыскиваемых спецслужбами государств их гражданской принадлежности или исхода...

Россия выдает в Узбекистан, в основном, граждан, обвиняемых узбекской стороной в принадлежности к преследуемым в этой стране мусульманским организациям и движениям. Во всех рассматриваемых далее случаях речь идет о лицах, непричастных к действиям насильственного и, тем более, террористического характера и (или) к их подготовке, т.е., о тех, преследования кого следует признать идеологически мотивированными. В случае принудительного возвращения на родину им угрожают пытки и тюремное заключение по неправосудным приговорам.

При проведении экстрадиционных проверок в отношении граждан Узбекистана широко практикуется фальсификация обвинений, по которым лицо было объявлено в розыск на родине, уже после его задержания в России. Целью этого является приведение инкриминируемых задержанному преступлений в соответствие с нормами российского уголовного права. Следует отметить, что в таких случаях российская Генеральная прокуратура игнорирует явные признаки произвольного формулирования обвинений и выносит постановления о выдаче, несмотря на их наличие в предоставленных узбекской стороной документах...

В ряде случаев, когда к делам было привлечено внимание общественности, Генпрокуратура отказывала в выдаче требуемого Узбекистаном лица, однако оно все равно передавалось в страну исхода через процедуру административного выдворения. Этот способ был использован для передачи в распоряжение спецслужб Узбекистана Рустама Муминова в октябре 2006 г. и упомянутого выше Абдугани Камалиева (Турсинова) в декабре 2007 г., запросы о выдаче которых ранее были отклонены Генеральной прокуратурой РФ. Оба они были выдворены в нарушение предписаний Европейского Суда о приостановке их принудительного возвращения на родину, причем, высылка Муминова была осуществлена и в нарушение российского законодательства — до вступления в законную силу соответствующего судебного решения. В итоге, в январе 2007 г. Муминов был осужден в Узбекистане на 5,5 лет лишения свободы, а в феврале 2008 г. Камалиев (Турсинов) приговорен к 11 годам заключения...

И, наконец, неоднократно имели место случаи похищения на территории России разыскиваемых Узбекистаном лиц и их незаконного вывоза на родину при непосредственном участии российских спецслужб и правоохранительных органов».

Так похитили Абдулазиза Бойматова.

Комитет «Гражданское содействие» отмечает: «В ряде случаев, как, например, в... деле Камалиева (Турсинова), использовалась и комбинация методов фактической экстрадиции мнимых террористов и экстремистов и передачи их правоохранительным органам Узбекистана.

Наиболее показателен в этом отношении случай российского гражданина узбекского происхождения Алишера Усманова. Его российское гражданство было аннулировано как якобы незаконно полученное, а он сам похищен в момент освобождения из СИЗО-1 г. Казани и незаконно вывезен в Узбекистан, где позднее был осужден на 8 лет лишения свободы. По сообщению агентства РИА-Новости со ссылкой на СНБ Узбекистана, он был "этапирован из Казани в Узбекистан согласно совместному с ФСБ России плану по борьбе с международным терроризмом".

... ни покинуть принудительно территорию тюрьмы, ни пересечь государственную границу РФ в аэропорту он не мог бы, если бы представителям узбекских спецслужб не оказывали прямого содействия их российские коллеги.

... даже самостоятельная неправомерная деятельность узбекских силовиков на территории России без согласования с российскими коллегами, не только остается безнаказанной, но и поощряется.

Это хорошо видно на примере дела гражданина Узбекистана Мухаммадсолиха Абутова, задержанного 13 июня 2007 г. в подмосковном г. Красногорске сотрудниками МВД Узбекистана. После доставления его в местную милицию, где выяснилось, что он не числится в межгосударственном розыске, российские милиционеры предложили узбекским силовикам "прикрыть" их незаконные действия, если те срочно предоставят розыскные документы на задержанного. Это и было осуществлено в течение нескольких следующих дней. Противоправная деятельность представителей МВД Узбекистана была "легализована" судебным решением о заключении Абутова под стражу, принятым на основании этих, поступивших из Узбекистана, документов». Но в следующий раз с пустыми руками не приходите, сказали представители российских правоохранительных органов узбекским коллегам.

Более 10 месяцев Абутов содержится под стражей «в связи с проведением в отношении него экстрадиционной проверки».

Это не единственный узбекский беженец, убедившийся в том, что сотрудничество спецслужб России и Узбекистана далеко не бескорыстно. Хатам Хаджиматов слышал, как сотрудник российских правоохранительных органов позвонил в Ташкент и заявил примерно следующее: «Хозяин, у нас большой урожай. Премия будет?».

Российские власти ведут себя все более вызывающе на международной арене вообще и в отношениях с Европейским судом в частности. Так, недавно они отказались ратифицировать Протокол № 14 к Европейской конвенции, который призван улучшить работу этого судебного органа. Российская сторона все чаще обжалует в Большой палате Европейского суда его вполне объективные, но не устраивающие ее решения. Очень возможно, так произойдет и теперь. Но решение почти наверняка не будет отменено, как и в других подобных случаях.

Существенная деталь. Председатель Комитета «Гражданское содействие», член правления общества «Мемориал», член Совета по правам человека при президенте России Светлана Ганнушкина рассказала, что ей посоветовали «не заниматься делом "ивановских узбеков"». Правозащитнице сообщили, что в России их выдача Узбекистану была обещана президенту Каримову, как она выразилась, «на высшем уровне».

Будут ли российские власти, получив окончательное решение Евросуда, препятствовать выезду 12 граждан Узбекистана в Швецию, где им предоставлено политическое убежище? Если Россия не выпустит их, мы опять обратимся в Европейский суд, заявила Светлана Ганнушкина.