Зато очень много слов о геноциде, зато МИД, куда уж только не обращается за "признанием" геноцида украинской нации. Европа абсолютно резонно не признала Голодомор геноцидом украинцев, так как бросается в глаза активное соучастие в изъятии хлеба значительного количества украинских коммунистов. Если все же когда-нибудь Голодомор признают геноцидом, Украина надеется на получение компенсации, наверное, для того, чтобы построить памятники и издать брошюры о проклятом Сталине, который умер более полувека тому назад. Может быть, она надеется на раскаяние Москвы, ведь Германия покаялась.

Но мало кто понимает, что проблема сложнее - руководство тогдашней советской Украины, как и члены компартии также несут ответственность. Кроме тех, кто сопротивлялся, тогда громко покончили с собой двое - украинский писатель Хвылевой и член ЦК украинской компартии Скрыпник. Думаю, что были еще украинцы, которые подобным образом реагировали на ужас явно организованного руководством СССР голода. Но имена их до сих пор неизвестны. Архивы, приоткрываемые СБУ не полностью, а только на "нужных страницах", не помогают изучать проблему, они помогают ее "распропагандировать".

Зимой 1933 года, в маленьком селе на Волыни, в котором тогда жили немцы, евреи, немного украинцев, поляков и двое русских, начался голод. Председатель колхоза, еврей, рванул в Житомир просить помощи. Он ее нашел - привез воз с четырьмя мешками муки. Уж как нашел неизвестно. А одна немецкая девушка пошла тогда служанкой в город, к советским служащим.

Поймали женщину, которая сварила и ела собственных детей. В соседнем селе человек десять мужиков вначале вырезали правление колхоза, а потом напали на заградительный отряд, состоявший из "брянских" рабочих. Не тех, которые из Брянска, а тех, которые из Екатеринослава, там была Брянка II, знаменитый до сих пор завод им. Петровского (украинского большевика, памятник которому поставлен уже во времена украинской независимости, перед днепропетровским вокзалом). Заградительный отряд, вооруженный винтовками, победил мужиков с вилами и одним маузером. В это время председатель колхоза повез женщину-каннибала в город, чтоб ее не убили в поселке. Заградотряд остановил его и развернул назад. На всякий случай, для подстраховки. Мало ли чего. Партбилет ему не помог. Тогда он заехал в лес, сделал из веревки петлю и повесил женщину на суку, после развязал ей руки, изобразив самоубийство. Никто и не расследовал.

Немецкой девушке служащие платили едой, которую она через одного немецкого коммуниста передавала родителям в деревню. Это в неделю - буханка хлеба, два вареных яйца, картошка. Одна.

Поляки получили посылку через католическую Церковь и пошли менять таинственные галеты на кусок соседской собаки. Они знали, что собаку украинцы зарезали и сварили. Украинцы обиделись предложению, собака ведь была им как родная, забрали у поляков галеты, размочили их в воде и съели. Тогда в село пришла национальная вражда, которой Бог не видел. Все рассказывали ужасы друг про друга, только о русских говорили тихо и уважительно. Их боялись, как Сталина. Тем не менее, оба русских - два брата, умерли от голода.
Люди сидели у плетней, пили воду и нажимали друг другу на распухшие руки - иногда из под кожи сочилась водяница - ведь воду пили много, вода была, и поэтому ходили медленно. На распухших ногах далеко не уйдешь.

Родители немецкой девушки выжили. Их спасли ее передачи. С тех пор они всегда сметали крошки со стола и ели их. Девушка тоже, даже когда потом через шестьдесят лет жила в Германии. Она всегда имела съестные припасы. Лук она чистила не ножом, а аккуратно снимая шелуху пальцами. Картофельные очистки она выкидывала, но каждый раз, когда она это делала, сердце ее сжималось. Очистки тогда варили и ели. Если с солью, то вообще была вкуснотища! Пачками соли у нее была заставлена кладовка.

Председателя колхоза убили отчаявшиеся украинцы. Они решили, что он не все мешки отдал селянам. Может быть так и было - председатель очень любил свою семью, и возможно пытался кое-что припрятать для нее. Их расстреляли в овраге, рядом с деревней. Поляки пробовали бежать через близкую границу в Польшу, их зарезали на ночлеге в соседней деревне, решили, что они каннибалы. Евреев вымерла половина. Украинцы все. Немцев - четверть.

Украинцы с тех пор очень любят поесть. Те, которые жили на Украине, смеются над этой манерой, но даже сейчас, в Европе, гордятся тем, что у них полный холодильник.

Я бы хотел знать кто спас ту девушку. Боюсь, что они были коммунистами. Боюсь, что они вряд ли были честными людьми. Боюсь, что я так этого и не узнаю, ибо до сих пор мое собственное "дело", хранится в Днепропетровском суде, но мне не давали и не дают его даже прочесть, хотя я официально реабилитирован, как "жертва политических репрессий" еще в 1991 году.

Кажется мне, что знать это все нужно только для того, чтобы жалеть людей. Не обвинять. А компенсацию получить неплохо бы, только кому и от кого?