За пять дней до выборов во всех школах страны проведены родительские собрания. У родителей берут подписки о том, что 19 марта их дети не выйдут из дома. В 9-м классе, где учится моя дочь, на такое собрание пришло всего шесть родителей из класса. Расценив этот факт как “неуважение к школе и работе педагогов”, администрация школы объявила: отсутствовавшие родители обязаны написать объяснительные о причинах своего отсутствия на собраниях. Весь класс встретил этот “приказ” смехом.

За два дня до выборов давление на граждан страны посредством втягивания в этот процесс детей резко обострилось. Вот только один пример, непосредственно коснувшийся вашего корреспондента и являющийся одним из многих. Социальный педагог минской средней школы № 15 втащила мою дочь в кабинет директора с возгласом: “Она пойдет на площадь!” Директор эмоционально объясняла 15-летнему подростку: мол, за каждого задержанного 19 марта “нас всех уволят с работы”. Закончилась беседа приказом явиться в пятницу с матерью за документами на исключение из школы. Естественно, никто никуда не пошел, несмотря на разрывающийся телефон: пресловутое “неуважение к работе педагогов” уже демонстрировалось как-то само собой.

То же самое происходит сегодня во всех школах Белоруссии. По крайней мере, в Минске мне известно несколько школ, где конкретных учеников старших классов временно, но вполне официально отстраняют от занятий – превентивно, даже не за намерение выйти на площадь, а за одно желание привычно провести воскресенье в центре города.

Потенциальные “враги” среди детей вычислялись целенаправленно на протяжении последних 1,5-2 месяцев на уроках с безобидным названием “Человек. Общество. Государство”. Раз в неделю это была пропаганда, этакие уроки любви – к президенту Лукашенко. Учительница просила детей высказывать свое мнение, несогласных перебивала на третьем слове, а потом неделю спустя проверяла, не перековались ли. На каждую школу таких открытых нонконформистов набирается человек 10-15.

Не удивительно, что у подрастающего поколения промывание мозгов вызвало прямо обратный эффект. Так, один минский десятиклассник даже предлагал провести прямо в школе пикет протеста. “Лучше приходи на площадь”, - ответили единомышленники.

Школьники говорят: если принести в класс наклейки со словом “Свобода”, за ними выстраивается очередь, и первыми в ней стоят те, кто недавно повторял, что “все хорошо и лишь бы не было войны”. За развешивание листовок и наклеек милиция задерживает даже 10-летних детей. “На меня ругались нехорошими словами, но не били. Стефан и Витовт убежали, а меня затащили в милицию и заперли дверь. Но я не отдал все наклейки, только половину”, - с гордостью рассказывает юный “партизан” Петр М., ученик 5 класса.

В одном из кафе в центре Минска трое подростков не успевают забрать сдачу за чипсы – налетают трое милиционеров. “Фашисты! Фашисты!” – кричат им и продавцы, и покупатели. Мало того, детей отбивают всеми отделами магазина. И хотя хеппи-энда не происходит из-за растерянности самих детей, налицо перерождение белорусского народа. 10 лет назад фашистами назвали бы тех, КОГО хватают. Сейчас – тех, КТО...

Мы с коллегами и правозащитниками минут 15 не можем поделиться друг с другом информацией. Видит Бог, не мы устроили этот “Смольный”, когда одновременно звенят четыре телефона и звучат четыре новости о “наездах” на оппозицию. “Северинца везут в суд, обвиняют в краже бензопилы!..” – “Студентку Татьяна Еловую сняли с виленского поезда...” – “Срочно звони в Советский РУВД, там Алесь Зарембюк и еще пять человек...” – “Величкину с Губаревичем в Бресте “тихари”прокололи шин!...”. Пока руководитель штаба Милинкевича Юрась Губаревич жаловался милиционеру на “лиц в штатском”, их коллеги выкрали правозащитника Владимира Величкина – потом он оказался в одном из местных РУВД...

Вал, шквал новостей. Невиданная истерика власти! Сведения о задержаниях активистов в пятницу приходили, по моим подсчетам, с частотой от 2 до 30 минут. По административным делам временно изолированы от общества около 110 человек. И это не окончательный (и не единственный) показатель действий властей “на опережение”.

Будучи прописанной за пределами Минской кольцевой автодороги и желая проголосовать именно 19-го, я, как и часть моих знакомых, на данный момент знаем: доберемся до города, даже если придется идти пешком. Слухи о снятии с рейсов части автобусов никто официально не подтверждает, но они не утихают.

По неофициальной информации, полученной от начальника минского приемника-распределителя юристом правозащитного центра “Вясна” Валентином Стефановичем, мест на нарах в данном учреждении уже катастрофически не хватает, в связи с чем планируется сажать оппозиционеров в ангары близлежащих войсковых частей (как это было с десятками журналистов в марте 2000 г.). В качестве варианта рассматриваются даже пустующие детские лагеря.

Власти ежедневно демонстрируют по телевидению причину своего страха. Задержание фуры с грузом палаток из Америки через Латвию, массовый захват листовок, арест номеров газет, “поддельные” данные о подсчете голосов в Центризбиркоме... Но уже сейчас члены избирательных комиссий, которым доверяет власть, собираются рассказать журналистам о будущих вынужденных фальсификациях. Разоблачения заговоров с рассказом полузамученного “боевика” о прохождении обучения в подрывных центрах, где его учили травить людей ядом из дохлых крыс, настойчивые предупреждения главы КГБ о будущих взрывах на оживленных улицах... От частого повторения они уже воспринимаются как обещания. “Мы думали, стоит ли это обнародовать, - говорит о заговоре президент Лукашенко перед телекамерами рабочим “БелАЗа”. – Довели до вашего сведения не потому, что боимся, что что-то произойдет, а чтобы вас предупредить, вызвать у вас к этому иммунитет”. Но даже в деревне можно услышать, как люди не просто не хотят переизбирать, а проклинают Лукашенко!

Обещание главы государства “свернуть голову, как утенку” любому вышедшему на улицу вечером 19 марта у части людей вызывает совершенно иную реакцию, чем ту, на которую рассчитывают власти. У одних – чувство солидарности. Ожидаемые КГБ “наемники” и “боевики” на поверку оказываются ребятами, с которыми белорусы стояли рядом на Майдане, а порой – еще и у телецентра в Вильнюсе. Теперь они приехали постоять рядом с нами, несмотря на угрозу главы КГБ сесть в тюрьму по статье “терроризм”.

У других - любопытство. “Когда меня спрашивают, выйду ли я из дому в этот день, я отвечаю: да, потому что я страшно любопытный человек”, - признается, например, писатель Адам Глобус. Это единственный человек, который не задумываясь смог ответить мне на вопрос, что будет в Белоруссии в понедельник, 20 марта. “Новый день, весна и Беларусь. Все остальное преходяще”.