Я не могу согласиться с Новодворской. Простые граждане не совершали таких чудовищных по масштабу и жестокости преступлений и прекрасно знают, что им подобных обвинений не предъявят. Поэтому они не станут сравнивать с казненным диктатором ни себя, ни своих ближних. Кроме того, в мире без суда и следствия ежегодно уничтожаются десятки тысяч людей, и казнь палача Ирака по приговору суда на этом фоне выглядит так, как ей и положено.

Те, кто против убийства человека при любых обстоятельствах и считает приговор несправедливым, должны понимать: согласно их логике, зря казнили и главарей нацистского режима в Германии — они ведь тоже были людьми. Хусейн ничем не лучше их, просто в силу обстоятельств ему удалось уничтожить меньше человеческих жизней. Но и того, что он совершил, хватает не на один смертный приговор. Возможно, суд и грешил какими-то процедурными нарушениями, но то, что совершил Саддам — это не убийство в темном дворе без свидетелей. Это преступления против человечества, о которых известно сотням тысяч людей, и доказательств более чем достаточно.

Я противник смертной казни, но уверен: казнь военного преступника такого масштаба, как Хусейн — тот исключительный случай, когда «надо, чтобы было неповадно». Если бы иракского палача не казнили, а посадили в тюрьму, пострадавшие от репрессий и родственники десятков тысяч жертв режима явно чувствовали бы себя обманутыми. А люди в других странах сделали бы вполне справедливый вывод: пока суд да дело, экс-диктаторы, глядишь и помрут, не дождавшись приговора, как Милошевич или Пиночет.

Казнь Хусейна — сигнал для государственных лидеров, которые подвергают репрессиям население своих стран и даже воюют с ним. В частности, для руководителей России, уже не первый год ведущих войну против жителей Чечни. Это сигнал для правителей Узбекистана, Судана, Китая — список, к сожалению, можно продолжать.

Можно ли назвать уничтожение Хусейна смертной казнью в полном смысле слова? В свое время «Международная амнистия» осудила уничтожение Израилем главаря ХАМАСа Ахмеда Ясина. Правозащитники никак не хотели принимать во внимание войну, которую этот террорист вел против Израиля. МА и другие правозащитные организации выступили и против смертного приговора Хусейну, применяя к нему те же стандарты, что и к обычному уголовнику.

Мне кажется, казнь бывшего диктатора стала завершением войны, которую он вел против народа своей страны и соседних государств. А на войне — другие законы. Сейчас в Ираке воюют чуть ли не все против всех. Эта война — следствие той, но все же — другая.