Военная прокуратура возбудила уголовное дело по статье о превышении служебных полномочий, которая предусматривает лишение свободы сроком от трех до восьми лет. Обвинения касаются бывшего министра государственной безопасности Вахтанга Кутателадзе, его заместителя Семена Нозадзе и бывшего начальника Антитеррористического центра при МГБ Левана Кенчадзе.
Вахтанг Кутателадзе ушел в отставку 31 октября 2001 года из-за скандала вокруг независимой телекомпании «Рустави-2». Незадолго до этого подчиненные Кутателадзе ворвались в здание телекомпании и, «положив всех лицом вниз», объявили руководству об открытии уголовного дела по обвинению в неуплате налогов. После этого в Тбилиси несколько дней проходили массовые демонстрации в защиту свободы слова.

Казалось бы, ничто не могло потревожить отставного генерала и его подчиненных. Однако 22 ноября прошлого года Джумбер Патиашвили, лидер оппозиционного движения «Единство», известного своим пророссийским курсом, неожиданно обвинил руководство спецслужб в тайном внедрении оперативных подразделений МГБ в его организацию, а также в другие политически партии, общественные, религиозные и национальные организации. В качестве доказательства Патиашвили предъявил 24-хстраничный секретный план работы Антитеррористического центра при МГБ на 2002 год. По словам Патиашвили, он получил документ от незнакомого человека, представившегося ответственным работником органов безопасности.

Лидер «Единства» потребовал, чтобы следственная комиссия грузинского парламента изучила, насколько этот документ соответствовал планам Центра, а также, имеет ли МГБ право контролировать деятельность политических партий и общественных организаций. Комиссия была создана, и вот несколько месяцев спустя выяснились подробности, достаточные для возбуждения уголовного дела.

Председатель следственной комиссии Михаил Осадзе сослался на Закон Грузии об оперативно-следственной деятельности, который запрещает негласное участие в деятельности официально регистрированных общественно-политических и религиозных организаций. Исключением может быть только случай, когда организация собирается свергнуть конституционный строй Грузии, пропагандирует войну и насилие, разжигают национальную или социальную рознь, а также когда деятельность организации направлена против независимости и территориальной целостности страны. Однако и в этих случаях спецслужбы должны сначала получить согласие Генерального прокурора. Таких санкций у бывших руководителей МГБ и Антитеррористического центра не было, что подтвердили пять старших офицеров, бывших сотрудников Центра, и генпрокурор Нугзар Габричидзе.

Парламентская комиссия установила, что в 1999 — 2001 годах Антитеррористический центр проводил агентурно-оперативную работу в разных организациях. Председатель следственной комиссии Михаил Осадзе категорически отказался их назвать, однако заверил, что сотрудники Центра неоднократно нарушали закон. В то же время глава комиссии твердо вывел из-под подозрений в санкционировании происков спецслужб президента Эдуарда Шеварднадзе. По словам Осадзе, глава государства, ничего об этом не знал.

В Грузии сейчас задаются вопросом, что же будет дальше. Еще ни разу в стране не были наказаны столь высокопоставленные отставники. Что решит Шеварднадзе? Действия Генпрокуратуры прямо будут зависеть от этого решения. Но как бы не закончился скандал, он дарит маленькую надежду (отнюдь не уверенность), что хотя бы в будущем органы безопасности отбросят стиль КГБ и будут работать в рамках закона.